Skip to content

Monthly Archives: Январь 2015

Ханс Модров

modrow_Шло время. На Ленинградской АЭС вступили в строй третий и четвертый энергоблоки. Весной 1983 года Н.Ф. Луконин уехал работать директором на строящуюся Игналинскую АЭС в Литве, а директором ЛАЭС был назначен Еперин Анатолий Павлович. Я же «без отрыва от производства» успешно закончил Ленинградскую ВПШ и перешел на работу в Сосновоборский ГК КППС, а в октябре этого года был избран первым секретарем горкома партии. Именно в этом качестве в 1985 году мне пришлось принимать в городе очередную делегацию из ГДР. На этот раз речь шла о делегации партийных работников округа Дрезден во главе с первым секретарем Дрезденского окружкома СЕПГ товарищем Хансом Модровым, прибывшей в нашу страну в рамках программы обмена между городами-побратимами Ленинградом и Дрезденом.

Дрезден – один из старейших немецких городов, ведущих свою историю с XIII века. Этот город-порт стоит на реке Эльбе, что в Восточной Германии, является центром земли Саксония, имеет неформальное название «Флоренция на Эльбе» и считается «культурной столицей» Германии. У Дрездена 14 побратимов, в числе старейших – Ленинград.
С момента подписания договора о дружбе в 1961 году между двумя городами реализуются всевозможные мероприятия. В период существования СССР и ГДР содружество городов было ярким и плодотворным. Экономическое сотрудничество было на самом высоком уровне. Регулярные прямые авиарейсы, постоянные контакты заводов «Полиграфмаш» и «Planeta», «Sächsische Zeitung» и «Ленинградской правды», фармацевтических, парфюмерных и других предприятий обоих городов, обмен информацией об опыте ведения городского хозяйства были нормой, несмотря на «жёсткие» правила заграничных поездок.
Ещё в 1964 году в знак побратимских отношений одна из улиц Ленинграда стала носить имя Дрезденская, неподалёку расположился магазин «Дрезден». В немецком городе есть Ленинградская улица, отель «Нева» и ресторан «Санкт-Петербург», на фирменном знаке которого портрет Петра Первого.
В советский период коллективы заводов и журналисты газет наносили взаимные визиты, происходили многочисленные обмены школьниками и студентами, спортивными и художественными коллективами, встречи музыкальных деятелей и ученых, регулярные концерты и выставки. Нередкими были и обмены делегациями партийных и общественных организаций городов-побратимов.

Программа пребывания немецких товарищей в Ленинграде и области была довольно обширной и включала в себя посещение города Сосновый Бор и ЛАЭС имени В.И. Ленина. Из Смольного мне поступило указание самым внимательным образом отнестись к нашим гостям, оказать им радушный прием, подробно рассказать им о жизни города и показать электростанцию.

Вместе с председателем горисполкома Бычковым С.К. и вторым секретарем горкома партии Маркиной Л.М. я встретил гостей у въезда в Сосновый Бор. Делегация приехала на двух «Чайках» в сопровождении нескольких «Волг». Немецких гостей сопровождали секретарь Ленинградского ОК КПСС Лобко В.Н. и зампред Леноблисполкома Варфоломеев В.П. Мы не спеша проехали по улицам города и остановились у детского городка «Андерсенград», традиционного места посещения делегаций. Я поинтересовался у Х. Модрова, в курсе ли он, что почти пять лет назад наш город и ЛАЭС посетила партийно-правительственная делегация ГДР во главе с Э. Хонеккером. Он согласно закивал головой – «Да, мы знаем об этом посещении, и нам также приятно будет познакомиться с вашим интересным городом и крупнейшей в Европе атомной электростанцией». Разговор шел на русском языке, который Модров неплохо знал, а переводчица шла немного сзади и переводила, в основном, для других членов делегации. Хотя я почти уверен, что все они понимали русскую речь. Стояла теплая, но пасмурная погода, характерная для начала осени. Некоторые из гостей воспользовались зонтами, так как временами моросил небольшой дождик.
modrov_1_800
Однако погода не помешала подробному осмотру сказочного города «Андерсенград» и обстоятельному рассказу о его особенностях.

В качестве гида выступил председатель горисполкома Бычков С.К., сам бывший строитель, в бытность секретарем парткома Северного управления строительства, принимавший непосредственное участие в сооружении атомной станции и строительстве города Сосновый Бор.
modrov_2_800
«Андерсенград» – гармоничная архитектурная композиция из сказочных мотивов. Строительство этого городка началось в 1975 году, объявленном ЮНЕСКО Международным годом Андерсена. По замыслу авторов, «Андерсенград» имитирует средневековый город с его ратушной площадью, башнями, узкими улочками. Здесь все из любимых сказок детства. Над всем этим, на холме, возвышаются стены с черепичными кровлями, башенки с флюгерами – средневековый замок, в котором открыто четырехзальное кафе «Белоснежка и семь гномов» с каминным и гобеленовым залами, с цветными витражами. Есть в городе и площадь с ратушей, и летний театр «Дюймовочка», где размещается более 250 зрителей, и торговые ряды «Три брата». Башню ратуши украшает флюгер с изображением солнца, на других башенках – флюгера с изображением зверей, птиц, сказочных персонажей. Через весь средневековый город проходит трасса детской автомобильной дороги. Автотрасса оборудована дорожными знаками и указателями, проходит через тоннель, имеет прокатный павильон.
В вечернее время доносится мелодичный перезвон колокольчиков с ратушной площади, на улицах и площадях городка зажигаются декоративные фонари.
Кусты роз, жасмина и сирени, деревья и цветники превосходно дополняют существующие зеленые массивы в сказочном городке. «Андерсенград» по праву стал любимым местом отдыха детворы и взрослого населения Соснового Бора.
modrov_3_800

После осмотра детского городка мы показали гостям из Дрездена недавно открытую среднюю школу №5, считавшуюся на тот момент лучшим образовательным учреждением в городе.
modrov_4_800
Проезжая по улицам Соснового Бора, я акцентировал внимание немецких товарищей на комплексном характере застройки микрорайонов, едином архитектурном стиле и едином почерке строительства жилых домов и объектов социально-культурного назначения.

Комплексное решение жилой среды Соснового Бора явилось результатом совместной работы архитекторов, художников-дизайнеров и других специалистов – единого авторского коллектива на всех стадиях проектирования и строительства. Большое значение имело то, что в Сосновом Бору, как и в большинстве городов при предприятиях Минсредмаша СССР действовала система единого генерального заказчика по городу, генерального проектировщика и генерального подрядчика.
modrov_5_800

Затем в городском комитете партии состоялась дружеская беседа с гостями и обмен мнениями по некоторым вопросам внутренней и внешней политики. Вначале я представил гостям небольшой коллектив аппарата горкома, потом рассказал о становлении и деятельности городской партийной организации, об истории города и работе трудовых коллективов основных предприятий. Беседа велась с помощью женщины-переводчика, приехавшей с делегацией, но Ханс Модров, как я отмечал выше, сам неплохо владел русским языком и даже временами задавал вопросы по-русски, хотя и с явным акцентом. Его заинтересовал, в частности, вопрос, как в городе реализуются идеи «перестройки» провозглашенной М.С. Горбачевым. В качестве примера я привел разработанную под руководством Сосновоборского ГК КПСС городскую территориально-отраслевую программу «Интенсификация-90».

Реализация этой программы была призвана обеспечить в 12-й пятилетке существенное повышение эффективности общественного производства за счет технического перевооружения и реконструкции действующих городских предприятий, комплексной механизации и автоматизации, широкого применения вычислительной техники, передовых технологий, совершенствование организации труда и управления. «В этом мы видим главный путь дальнейшего экономического и социального развития города» – подытожил я свой рассказ.

Чувствуя определенный интерес Х. Модрова и его коллег к оценке деятельности Горбачева со стороны, я рассказал, что был участником встречи с Михаилом Сергеевичем в Смольном во время его пребывания в Ленинграде 15-17 мая 1985 года. Я и мои коллеги, молодые партийные работники, с радостью восприняли идеи «перестройки» и «гласности», провозглашенные новым лидером, с большим энтузиазмом принялись воплощать их в своей повседневной работе на местах. Лишь гораздо позже придет понимание двусмысленности горбачевских сентенций типа «больше социализма», «углубим демократию» и т.п., его заигрываний с непримиримыми идеологическими противниками социализма. В конечном счете, после откровенного предательства Горбачевым интересов партии и развала великого государства и всего социалистического лагеря я окончательно пойму, что он меня и моих единомышленников просто «кинул», говоря языком 90-х годов. Но это будет потом, а пока я демонстрировал перед Х. Модровым оптимизм в оценке перестроечных явлений в нашей стране.

Ханс Модров (нем. Hans Modrow), родился 27 января 1928 года. В 1945 году служил в фольксштурме, попал в плен и до 1949 года находился в плену в СССР. Член СЕПГ с 1949 года (с 1958 года — кандидат в члены ЦК, с 1967 года — член ЦК). Окончил Высшую партийную школу при ЦК СЕПГ (1957). С 1957 года — депутат Народной палаты ГДР. В 1961 году закончил Высшую экономическую школу. Работал в Союзе свободной немецкой молодёжи, районных и окружных комитетах СЕПГ, руководил отделом агитации и пропаганды ЦК СЕПГ; в ноябре-декабре 1989 года — член Политбюро ЦК СЕПГ.
Модров был одним из реформаторов в руководстве ГДР, очень симпатизировал политике гласности Горбачёва. Известно, что Хонеккер не допускал грубого произвола в отношении кадров. Основной состав Политбюро ЦК СЕПГ сохранялся почти без изменений на протяжении многих лет. Правда, была попытка «мятежного» первого секретаря Дрезденского окружкома, носившегося со своими «перестроечными фантазиями», убрать с этого поста, но в связи с обращением Москвы она так и не была осуществлена.
modrov_6_800
После встречи в горкоме партии мы отправились на ЛАЭС имени В.И. Ленина, где в здании управления нас уже ждали руководители предприятия. Гостей приняли, как обычно, в зале заседаний, где директор станции Еперин А.П. подробно рассказал о принципах и особенностях работы атомной электростанции. Анатолий Павлович, по своему обыкновению, давал пояснения очень доходчиво и популярно, умел выделять главное, так что даже самые неискушенные в технике люди понимали суть процессов и масштабность задач, решаемых флагманом советской атомной энергетики. Вопросов у любознательных гостей было немало, и на все они получили исчерпывающие ответы.

Знакомство со станцией было продолжено на втором энергоблоке. Здесь нашим немецким товарищам вначале показали центральный реакторный зал. Их внимание привлекла РЗМ – внушительного вида уникальная автоматизированная разгрузочно-загрузочная машина, предназначенная для операций с топливными кассетами в ядерном реакторе во время его работы на мощности.
modrov_7_800
Затем гостей пригласили на блочный щит управления, где рассказ о работе станции продолжился.

Завершилась экскурсия посещением машинного зала, где под легкую вибрацию и ровный гул мощных турбогенераторных установок у наших гостей окончательно закрепилось возникшее чувство восхищения трудовым подвигом советских ученых, специалистов и рабочих, создавших и эксплуатирующих это техническое чудо – атомный энергоблок-миллионник. Именно об этом они сделали запись в Книге почетных посетителей предприятия.

Поблагодарив руководство станции, мы поехали провожать делегацию Дрездена. Секретарь обкома Лобко В.Н. заранее предупредил меня, что ужинать гости, скорее всего, будут уже в Ленинграде. Этот факт был с пониманием встречен мною и председателем горисполкома, так как освобождал нас от решения известных хозяйственных вопросов. Мы проводили гостей до границ города, попрощались и пожелали друг другу всяческих успехов.

В дальнейшем Х. Модров сыграл заметную роль в германской политике, в частности, при объединении двух немецких государств. Имеется достоверная информация, что Ханса Модрова, которого Горбачев рассматривал в качестве главного кандидата на роль «проводника перестройки» в ГДР регулярно тайно привозили в посольство СССР, где подробно инструктировали. С ноября 1989 года по март 1990 года он был последним Председателем Совета министров ГДР.
Представляет интерес следующее его высказывание по поводу судьбы СССР:

— «Я не принадлежу к тем, кто предрекал распад СССР. В октябре 1989 года я был уверен, что ГДР должна существовать, нужны лишь определенные реформы, но ни о каком присоединении к ФРГ тогда речи не было. Но в декабре 1989 года страны Варшавского договора оценивали встречу Горбачева с Бушем, и нам пришлось извиняться за ввод войск в Чехословакию. А в 1990 году в Софии Николай Рыжков (Предсовмина СССР) заявил, что необходимо провести реструктуризацию Совета экономической взаимопомощи, взяв за основу доллар. Нам стало понятно, что интеграция в рамках соцлагеря движется к концу. Мы разработали план по объединению двух Германий. В Москве поддержали наше предложение о том, что новое государство должно быть нейтральным в военном отношении. Но вскоре в Москву прилетел Джеймс Бейкер (госсекретарь США в 1989—1992гг.) и поставил всех перед фактом: объединенная Германия будет в НАТО. СССР окончательно сдал свои позиции как победитель во Второй мировой войне. Последовавший в августе 1991 года путч только ускорил распад государства».
С февраля 1990 года Ханс Модров является почётным председателем Партии демократического социализма. Избирался депутатом бундестага и членом Европейского парламента.

Источник: http://vbabanin.ru/news/my_meetings/germanskie_vstrechi/?PAGEN_1=2

Посещение ЛАЭС Эрихом Хонеккером

Эрих Хонеккер

honekker_1В феврале-марте 1981 года в Москве проходил очередной, XXVI съезд Коммунистической партии Советского Союза. На подобные партийные мероприятия обычно приглашаются многочисленные делегации коммунистических, социалистических и рабочих партий, национально-освободительных движений. При открытии съезда председательствующий торжественно объявляет об участии в работе съезда каждой такой делегации. Как правило, руководители делегаций занимают места в президиуме, общаются с делегатами в кулуарах съезда. А когда начинаются съездовские рабочие будни, гостям съезда по их просьбе, организовывают поездки по стране в целях знакомства с работой местных партийных организаций и трудовых коллективов. В один из дней работы XXVI съезда в Ленинград должна была прибыть партийно-правительственная делегация Германской Демократической Республики во главе с Эрихом Хонеккером, Генеральным секретарем Социалистической Единой Партии Германии, Председателем Государственного совета ГДР.

Эрих Хонеккер родился 25 августа 1912 года в городке Нойнкирхен, ныне находящемся в федеральной земле Саар на западе Германии. Он происходил из простой шахтерской семьи, где помимо него было еще два мальчика и три девочки. Семья жила не очень богато, и идеи равенства и справедливости, пропагандируемые коммунистами, нашли отклик у будущего руководителя ГДР еще в юности. В 1926 году вступил в Коммунистический союз молодёжи Германии. В 1930 году учился в Московской международной ленинской школе. Принимал участие в строительстве Магнитогорского металлургического комбината в составе интернациональных рабочих бригад.
В том же году вступил в Коммунистическую партию Германии.
В 1931 году Хонеккер возвратился в Германию, в 1937-м был арестован и приговорён к 10 годам заключения. Срок отбывал в бранденбургской каторжной тюрьме, из которой был освобождён советскими солдатами в апреле 1945 года.
Сразу же после окончания войны он стал секретарём по делам молодёжи в КПГ и председателем Центрального антифашистского молодёжного комитета. Год спустя, в 1946 году, был избран Председателем Союза свободной немецкой молодёжи и занимал эту должность до 1955 года, а в 1950 году — кандидатом в члены Политбюро ЦК СЕПГ. В 1956 году он закончил курс в Высшей партийной школе при ЦК КПСС в Москве. В том же году Эрих Хонеккер стал государственным секретарём по вопросам безопасности, в 1958 году — членом Политбюро, в 1960 году — членом Национального Совета обороны.
В августе 1961 года Хонеккер с санкции высшего советского руководства подготовил и осуществил строительство Берлинской стены.
В 1971 году, заручившись поддержкой Брежнева, Хонеккер добился отставки предыдущего партийного и государственного руководителя ГДР — Вальтера Ульбрихта, на «заслуженную пенсию». Хонеккер стал генеральным секретарём ЦК СЕПГ.
В обкоме партии в программу пребывания друзей из ГДР на ленинградской земле включили уже ставшее традиционным для высоких гостей посещение города Сосновый Бор и флагмана советской атомной энергетики Ленинградской АЭС имени В.И. Ленина. Накануне приезда делегации директору ЛАЭС Луконину Николаю Федоровичу и мне, тогдашнему секретарю парткома электростанции, из Смольного были переданы вводные инструкции по подготовке к приезду гостей на предприятие, организации экскурсии по ЛАЭС и общению немецких товарищей с энергетиками.

Встречу с трудовым коллективом решено было провести в актовом зале предприятия в формате митинга дружбы двух народов. Очень существенным оказался такой нюанс – встречу нельзя было называть митингом «советско-немецкой» или «советско-германской» дружбы. Объяснялось это, конечно же, тогдашней политической ситуацией в Германии, существованием двух противоборствующих немецких государств.

В 1974 г. в конституцию ГДР была внесена соответствующая поправка, заменившая понятие «социалистическое государство немецкой нации» на «социалистическое государство рабочих и крестьян». В преамбуле отныне говорилось о «народе Германской Демократической Республики, созидающем развитое социалистическое общество». Из названий официальных институтов ГДР исчезло прилагательное «германский», перестал исполняться текст гимна, написанный в 1949 г. и рисовавший образ единой родины всех немцев. Новая редакция шестой статьи конституции усиливала тезис о тесном и братском союзе с СССР как гарантии дальнейшего продвижения страны по пути мира и социализма. Здесь же подчеркивалось, что ГДР является «неотъемлемой составной частью социалистического содружества».

Было решено провести митинг «Дружбы народов СССР и ГДР». В связи с этим при оформлении наглядной агитации на предприятии, срочно изготовленной по данному случаю, и при подготовке выступлений представителей коллектива мне пришлось внимательно следить за соответствующими формулировками.

И вот наступил день визита делегации – 2 марта 1981 года. Длинная вереница черных автомобилей в сопровождении машин ГАИ на большой скорости пронеслась без остановок по дороге, проходившей по берегу Финского залива через Петергоф, Большую Ижору, пос. Лебяжье к Сосновому Бору. На въезде у городского знака колонна слегка притормозила, к ней присоединились машины руководства города и «огромная черная гусеница» из служебных машин продолжила свой путь по городским улицам. Гостям традиционно показали местные достопримечательности: детский городок «Андерсенград» и новый жилой микрорайон. Затем колонна отправилась через промзону на площадку атомной электростанции, привольно раскинувшуюся на берегу Финского залива.

honekker_2_800
Здесь у входа в здание управления АЭС высоких гостей встретили руководители предприятия и Н.А. Семенов, первый заместитель Министра среднего машиностроения СССР, в чьем ведении тогда находилась ЛАЭС. Второй секретарь горкома партии Бычков С.К. (Первый секретарь Сосновоборского ГК КПСС Перекрестов Л.Г. находился в Москве на съезде) представил гостям замминистра и руководителей станции.

В составе партийно-правительственной делегации ГДР были: Эрих Хонеккер – глава делегации; Вилли Штоф – член Политбюро ЦК СЕПГ, Председатель Совета Министров ГДР; Герман Аксен – член Политбюро ЦК СЕПГ, секретарь ЦК СЕПГ; Гюнтер Миттаг – член Политбюро ЦК СЕПГ, секретарь ЦК СЕПГ; Вернер Фельфе – первый секретарь Галльского окружного коми­тета СЕПГ; Вернер Эберляйн – член Центральной ревизионной комиссии СЕПГ, заместитель заведующего отделом парторганов ЦК СЕПГ. Вместе с немецкими гостями прибыли секретарь Ленинградского ОК КПСС Прауст Р.Э., секретарь Ленинградского ГК КПСС Фатеев А.М. Делегацию сопровождало также большое количество журналистов, сотрудников различных министерств и ведомств. Все прошли в зал заседаний, где директор станции Луконин Н.Ф. подробно рассказал гостям о предприятии.

honekker_3_800

Программа посещения одного из действующих энергоблоков станции, как правило, первого, у нас была достаточно хорошо отработана во время многочисленных VIP-экскурсий. Не вызвала она каких-либо проблем и в данном случае. Затем им было предложено облачиться в белые халаты и чепчики, а сверху на обувь надеть пластиковые бахилы, после чего гостей повели на второй энергоблок по традиционному маршруту: центральный зал реакторного цеха, блочный щит управления (БЩУ-2) и машинный зал турбинного цеха. Пояснения давал директор станции Луконин Н.Ф. После экскурсии, по традиции, гости оставили запись в Книге почётных посетителей ЛАЭС.

«Мы рады, что в связи с нашим участием в XXVI съезде КПСС мы получили приглашение посетить вашу станцию. Высокая мощность ленинградских предприятий, способствующая решению научных задач и ускорению научно-технического прогресса в СССР, очевидна и здесь, на АЭС имени В.И. Ленина. Благодаря высокой производительности труда рабочих, научно-технического персонала, ваша АЭС превращается в одну из самых мощных АЭС в мире. Мы желаем вам осуществления решений XXVI съезда КПСС в деле коммунистического строительства и новых успехов на благо коммунистической Родины».

Пока длилась экскурсия по энергоблоку, мне вместе с инструктором обкома пришлось работать в актовом зале, заполненном работниками станции (желающих попасть в зал было чересчур много!) и проводить последнюю репетицию митинга. По сценарию встречу должен был вести секретарь парткома, и поэтому я уточнял у вышестоящего партийного руководства некоторые детали. В частности, по ходу митинга я должен был вручить Э. Хонеккеру памятный сувенир, который представлял собой большую копию нашей памятной медали, выполненную в форме чеканки. На одной стороне медали было изображение ЛАЭС, на другой – Андерсенграда. Чеканка была закреплена на подставке и заключена в прозрачную оболочку из плексигласа в форме параллепипеда. Сувенир был изготовлен станционным умельцем Петром Ивановичем и выглядел очень прилично.

Я спросил: — «А если после вручения сувенира Э. Хонеккер вдруг растрогается и захочет выразить свою благодарность каким-либо образом, как мне поступать?» Ответ был простой – поступай сообразно обстоятельствам. Митинг предполагалось завершиться исполнением партийного гимна «Интернационал», естественно под фонограмму.

И вот, наконец, в актовом зале появились высокие гости, которые были встречены бурными аплодисментами несколько уставших от ожидания энергетиков, а также отдельных приглашенных представителей из других коллективов города. Сопровождающие немецких гостей лица уселись в зале на свободные места, оставленные предусмотрительно в первом ряду, а члены делегации поднялись на сцену актового зала и прошли в президиум. Здесь же разместились Н.А. Семенов, Прауст Р.Э., Фатеев А.М., Бычков С.К. и Луконин Н.Ф.

Испытывая естественное легкое волнение (не каждый день доводится проводить такие мероприятия), я открыл митинг кратким вступительным словом, в котором от имени энергетиков приветствовал высоких гостей на сосновоборской земле.

Далее последовало пять ярких, хотя и несколько шаблонных выступлений представителей коллектива, в каждом из которых говорилось о трудовых успехах энергетиков, значении дружбы народов и стран социалистического лагеря в нашем общем деле построения светлого будущего. Переводчиков, естественно никаких не было – многие члены делегации неплохо владели русским языком. Сидевший сразу за Э. Хонеккером высокий и тощий как жердь В. Эберляйн, прекрасно знавший русский язык, наклонившись к шефу, тихо переводил ему речи энергетиков.

honekker_4_800
По завершении всех выступлений я сказал, что энергетики подготовили гостям небольшой подарок в память о посещении города Сосновый Бор и атомной электростанции, взял в руки заранее припасенный сувенир и торжественно, под аплодисменты зала, вручил его сидевшему рядом со мной Э. Хонеккеру. Не скрывая радости и широко улыбаясь, Хонеккер высоко поднял сувенир над столом, показывая всем присутствующим. Затем поставил памятную медаль на стол, встал и, повернувшись ко мне, распахнул дружеские объятия. Мы крепко обнялись и троекратно, как это было принято у высших партийных чинов, чмокнули друг друга в щеку.
honekker_5_800
Когда смолкли бурные аплодисменты, включили фонограмму партийного гимна. В президиуме и зале все встали и запели Интернационал, мы пели по-русски, гости – по-немецки. Хор получился довольно неплохой. По окончании митинга еще долго гремели аплодисменты. Потом на улице мы попрощались с высокими гостями – они сели в машины, и вереница черных автомобилей понеслась в город.

Вечером в городском ресторане «Ленинград» состоялся торжественный банкет, на который были приглашены представители партийно-хозяйственного актива города. Для подготовки и проведения банкета накануне по команде обкома партии в город прибыла солидная группа работников известных ленинградских ресторанов. Они осуществляли контроль над приготовлением блюд, сервировкой столов и полностью взяли на себя функции обслуживания гостей, несмотря на достаточно высокий уровень местных официантов, которых просто отстранили от их обязанностей на это время. Ленинградские официанты работали проворно и красиво, старясь быть незаметными и не мешать беседам за столом. Они словно жонглировали бутылками со спиртными напитками, стоявшими в большом количестве на приставных столиках у стен, умелыми движениями расчетливо наполняя рюмки и фужеры гостей. Попутно я обратил внимание на то, что они не менее ловко уносили с этих столиков в подсобки только что начатые бутылки, не давая им опорожниться и наполовину. Наши городские официанты таких вольностей себе бы не позволили, подумал я.

Мы с директором станции сидели неподалеку от Хонеккера и Эберляйна и иногда обменивались с ними вежливыми фразами. Мне показалось, что Хонеккер почти все понимает по-русски и в разговоре пару раз употребил русские слова, типа «спасибо», «хорошо» и еще что-то подобное. Однако, шесть лет спустя, будучи в ГДР, я спросил об этом Вернера Эберляйна. Он ответил, что хотя Хонеккер в течение некоторого времени работал и учился в Москве, русский язык он знает неважно, но многие слова он, конечно, помнит и вполне мог употребить.

Банкет завершился достаточно поздно. Потом все вышли на улицу провожать гостей. Мероприятие успешно завершилось, и мы все отправились по домам отдыхать и делиться впечатлениями со своими близкими.

На следующий день из консульства ГДР в Ленинграде директору станции и мне привезли персональные подарки от Эриха Хонеккера. Это были альбомы грампластинок из полного собрания сочинений Людвига ван Бетховена, красиво упакованные в лощеную фирменную бумагу, которую даже разрывать было жалко. Н.Ф. Луконину вручили альбом с записями всех симфоний великого композитора, а мне достался альбом с 13 большими стереопластинками с высококлассной записью фортепианных сонат в исполнении выдающегося немецкого пианиста Дитера Цехлина.

Эту встречу с Эрихом Хонеккером и поныне считаю главной среди моих памятных встреч с выдающимися людьми, а подаренный им альбом пластинок и сегодня занимает почетное место в моей домашней фонотеке.

Источник: http://vbabanin.ru/news/my_meetings/germanskie_vstrechi/